|Hogwarts: The Great Wizards|

Объявление

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ НА 2016 ГОД

ВНИМАНИЕ: Дорогие друзья - игроки и гости, - если вы случайно забрели на этот форум в поисках старых друзей, то спешим вас порадовать. Не прошло и четырех (четырех же?) как мы решили воскреснуть. Ищите нас на новом адресе, с немного измененным сюжетом, но с теми же тремя поколениями - | Three Generations: I would rather die | - Мы будем рады всем, кто решит вновь присоединиться к нам! С уважением, все те же (фактически) АМС!


Старые и новые администраторы ждут вас на ТП:
Sirius BlackKate LovelyLily Evans

Важно
Мы продолжаем активный набор игроков, поэтому будем рады всем!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » |Hogwarts: The Great Wizards| » |Архив закрытых квестов| » |Подземелье|Time, curse and riddles|


|Подземелье|Time, curse and riddles|

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

#5. Тайна Основателей
Локация: Подземелье
События: Каждый человек имеет тайну. Вне зависимости от ее размеров. Это может быть тайна о страшном прошлом, а может о невинной шалости с неприятными последствиями. Может скрытая любовь, а может испепеляющая ненависть. Но это тайна. Об этом никто не должен был знать. Когда-то давным-давно, когда в Хогвартсе обитали сами Основатели, они решили создать нечто, способное когда-нибудь противостоять противникам в войне. Но все человеческое оружение было слишком банально и опасно. Точнее, смертельно. И тогда Основатели, используя свои способности и навыки, создали четыре мелальона. В каждом хранилась частичка Основателя. Салазар вложил в свой силы Легилименции и Окклюменции. Человек, одевший медальон, способен был полностью овладеть сознанием противника. И даже не одного, а нескольких. Медальон Гордика хранил в себе храбрость и гордость. Человек, носивший его, способен был на самые безумные и бесстрашные поступки. И он никого не просил о помощи, гордость не позволяла. И он мог погибнуть по собственной глупости. Леди Ровена наделила свой мудростью. Носивший медальон впитывал знания со скоростью света, от чего в конце концов, мог погибнуть. Ведь голова не резиновая и столько информации она явно не выдержит. Чем больше она запоминает нового, тем больше забывает старого. Начиная со своего собственного прошлого... Леди Хельга наделали свой медальон чрезмерное трудолюие и хозяйственность. Человек, надевший этот медальон, начинал генеральную уборку вокруг себя, переходя на более крупные помещение. Одним словом, если дать носившему волю, он по камешку разберет Хогвартс, протрет каждый и сложит в стопки. Основатели, подумав, решили, что все их артефакты достаточно опасны для простых людей, неспособных контролировать свои желания. Именно поэтому, Основатели спрятали медальоны, замаскировав их под обычные вещи. Они были уверены, что никто и никогда не догадается искать эти сокровища, поэтому не особо старались с защитой. Однако, студенты Хогвартса и не только они, узнав про эту легенду, решили на себе проверить, правда ли это или нет. Ясно одно - к добру это не приведет.
Участники:

0

2

Music: Evanescence — Lacrimosa

Конец августа, за несколько дней до первого сентября. 1995 год
- Тори? – Саманта приоткрывает дверь кабинета, и Астория вскидывает голову. – Ты работаешь над чем-нибудь?
- Нет, - отзывается Гринграсс. Саманта не любит, когда её зовут «мама», но по имени Астории отчего-то трудно её называть. Поэтому она старательно избегает обращений.
- Но ты пропустила обед…
- Ни за что не поверю, что ты поднялась на третий этаж, чтобы спросить, почему я не пошла обедать, – хмыкает Тори и выпрямляет спину под укоризненным взглядом матери – опять забыла, что нужно держать осанку. – С этим и домовые эльфы справятся…
- Я подумала, я должна сама сказать тебе… - Саманта Гринграсс, словно оправдываясь, нахмурила аккуратный носик, точно так же, как это делали и ее дочери. – Фабиус умер… представляешь, съел что-то и вдруг упал лицом на стол. И не дышит.
Гринграсс слышит эти слова не впервые. В прошлый раз Саманта сказала ей и Дафне, когда те приехали на Рождественские каникулы: «Девочки, я должна вам кое-что сообщить… Клавдий сегодня умер. Представляете, выпил что-то и вдруг упал лицом на стол. И не дышит. Я распорядилась, чтобы эльфы приготовили вам чёрную одежду».
- Мне обязательно присутствовать там? – прозорливо спрашивает Гринграсс.
Доиграешься ведь когда-нибудь, мама.
- Да, - Саманта абсолютно спокойна; если верить, что Агиса она не убивала, то Фабиус – её шестая жертва. Саманта привыкла. – Но если хочешь, я займусь твоим костюмом.
- Не надо, - Астория привыкла к утомительным обязанностям юной аристократки. К тому же хлопоты отвлекут ее от мыслей о…
- Тогда я распоряжусь о чёрной одежде, - решает Саманта. Ей идёт чёрный цвет. «Не потому ли, - думает Тори, сдерживая неуместную улыбку, - она их всех травит? Чтобы выигрышно смотреться в траурном платье…»
Впрочем, Ри всё равно. Ей одинаково идёт как чёрное, так и яркие цвета. И седьмого [любовника] компаньона матери Астории не жаль – сам нанялся на работу к женщине, у которой умерло уже шесть помощников, сам и расхлёбывай. В буквальном смысле слова.
- Мне нужно будет остаться дома на несколько лишних дней, - предупреждает Астория, пока профиль Саманты не исчез за массивной дубовой дверью.
- Надолго?
Тори медлит секунду, думая, и спокойно говорит:
- Дня три, не больше. Позаботься о письме директору.

* * *

В последние три дня девушка была не похожа сама на себя – почти ничего не ела, спала несколько часов в сутки, была тиха и задумчива. Бродила, словно приведение, по дому, изредка отдавала некоторые приказания эльфу, с которого была взята клятва молчать, кто бы что у него не выспрашивал, но чаще всего сидела, заперевшись в своей комнате. Сестре было не до нее, а уж матери тем более – для нее похороны были одним из любимых развлечений.
Фабиус был замкнут и тих; его единственными друзьями были книги, единственной любовью – Саманта. На похороны пришло много человек, но никому на самом деле не было дела до трупа, лежавшего в гробу. У Фабиуса умиротворённая улыбка, такая спокойная, какой никогда не было при жизни, но в глазах – безграничное удивление.
Так ли я сама буду смотреться, когда и мне придёт черёд ложиться в землю?
Отец и Люциус Малфой негромко переговаривались с Теренсом Паркинсоном о какой-то сделке, пока гроб опускали в могилу;  Дебора Нотт, Агата Паркинсон и Нарцисса Малфой утешали безутешную Саманту, прижимающую к сухим глазам надушенный платочек. Драко откровенно зевал – он не любит рано вставать; у него хватает приличия прикрывать зевок ладонью, но этим, разумеется, никого не обмануть. Астория гадала, есть ли сегодня на этом кладбище кто-нибудь живой, кто не знает, отчего и почему умер Фабиус, чью фамилию она уже успела позабыть.
Можно, конечно, посмотреть на надгробную плиту и прочесть, но Тори не до того.
Черное платье ниже калена, с объемным воротником, защищающим от ветра – погода стояла не по летнему холодная – неимоверно раздражало, высокие каблуки туфель проваливались в рыхлую землю. Тори стояла рядом со стулом матери, которая, рыдая, казалось, немного переигрывала, и старалась дышать как можно глубже, чтобы не потерять сознание. Последние несколько дней, прожитых в условиях, едва ли способствующих нормальному самочувствию, начали приносить свои темные плоды – девушка еле держалась на ногах, казалось, что ее может унести легчайший порыв ветра, под глазами залегли темные круги, сами глаза потемнели и приобрели темно-синий цвет.
Увы, глубокое дыхание не сильно помогло – девушка почувствовала, что перед глазами начинают плыть темные круги. Чуть обернувшись, кончиками пальцев она притронулась к руке Малфоя, стоявшего за ее спиной, изо всех сил стараясь при этом не упасть. Драко, увидев состояние и поняв все без слов, отчего-то отключил свой привычные сарказм, взял девушку под руку и вместе они отправились в сторону выхода с кладбища.
Неужели я действительно так плохо выгляжу? Ну что, Гринграсс, докатилась, поздравляю.
Как только они вышли за железную ограду и подошли к домику сторожа, в котором находился рабочий камин, аристократ подхватил совсем обессилившую девушку на руки и, войдя в дом, вместе со своей будущей супругой отправился в Малфой-мэнор. Гринграсс закрыла глаза, из которых лились горькие слезы усталости.

21 января, 1978 год. Утро, общая гостиная Слизерина.

Астория Гринграсс сидела в гостиной, где с наступлением холодов появилось два дополнительных камина. Часто она отсаживалась в дальнее кресло и забивалась в него с ногами. Никто, как правило, не догадывался заглянуть в развёрнутое к гостиной спиной кресло и потому поиски зачастую оканчивались неудачами. Там Тори читала, если выдавалось свободное время. Сейчас же она, вытянув затекшие за ночь ноги, сидела с хмурым лицом, держа на коленях потрепанную до невероятного состояния кожаную записную книжку.
Ох Мерлин, Гринрасс, мало того, что тебе ни с того, ни с сего по ночам снятся кошмары, так ты теперь еще и, словно какая-нибудь райвенкловка, будешь спать в креслах… позор тебе, аристократка недоделанная.
Опустив взгляд, девушка взглянула на причину столь вопиющего безобразия, и порадовалась, что декан, возымевший привычку каждую ночь проверять, не нарушает ли кто дисциплину [видимо, мыть котлы было совсем некому], сегодня решил остаться в своей комнате. Иначе, Гринграсс пришлось бы отчитываться не только за безобидный сон в кресле, но и за то, почему книга из Запретной секции оказалась у пятикурсницы в руках, да еще и какая книга! Дневник самого Салазара Слизерина – та самая злощастная причина - чудом сохранившийся и вполне читаемый несмотря на внушительный возраст и хранивший в себе огромное количество самых страшных заклинаний и смелых идей. Тори открыла заботливо заложенную страницу и вновь углубилась в чтение.
«…маги, нашедшие эти медальоны, по возможностям своим смогли бы приблизиться к Богу, или кто там управляет нами. Уверен, многие будут пытаться найти их, соблазненные идеей подобного могущества, но нельзя допустить, чтобы хотя бы один из четырех медальонов попал не в те руки. Артефакты хоть и хорошо замаскированы, но защита их минимальна – старый осел Гриффиндор твердо уверен, что никто никогда не будет подозревать, что столь ценные вещи превращены в обычные… и спрятаны в одном из подземелий замка.»
Девушка потерла глаза, почти слезящиеся от необходимости разбирать полустершийся почерк и разочарованно вздохнула – предмет, в который был трансформированы четыре знаменитых медальона Основателей, был тщательно стерт с бумаги временем. Или же самим владельцем дневника – этого девушка даже предположить не могла.
Собравшись было уже подняться и отправиться к себе, чтобы переодеться, девушка услышала чьи-то голоса, а еще через мгновение в гостиную зашла и сама обладательница одного из этих голосов. Светловолосая француженка почти прошла мимо, но внезапно ее остановил голос Гринграсс:
- Госпожа ДеЛер, не проходите мимо, - Тори усмехнулась, и встала с кресла, чуть поморщившись – затекшую поясницу кололи тысячи маленьких иголочек. Астория присела на ручку своего излюбленного кресла и, зевнув в ладошку, вновь потерла глаза. – Который час? Я, кажется, совсем потеряла счет времени – вот она, сила литературы.
Фыркнув, девушка кинула записную книжку на журнальный столик. Право слово, зачем мне вообще нужно было  читать эти сказки о медальонах, да еще и напрягать из-за этого отличника с седьмого курса, который поуши в меня влюблен? Теперь ведь не отвяжется, черт…
Впрочем, медальоны все никак не отпускали внимание и мысли юной слизеринки, и потому она обратилась к своей подруге.
- Кстати, Ло, ты что-нибудь слышала о медальонах Основателей? Это жизненно важно.

Отредактировано Astoria Greengrass (2010-06-17 17:32:38)

+3

3

Вы когда-нибудь гуляли там, где вам бывать запрещено? Чувствовали это странное, завораживающее ощущение недоступного? Непозволительного? Оглядывались от каждого шороха, за радостной улыбкой скрывая часто бьющееся сердце? Это упоительное чувство власти над своими эмоциями. Ты делаешь шаг вперед, оставляя все свои страхи позади.
И это была единственная причина, почему Лолита согласилась пойти гулять ночью. Безумное чувство моральной свободны от себя. От всех вокруг. И пусть слизеринцам, что таскали ее сейчас по подземельям, скрываясь от Филча и его вездесущий драной кошки, не было никакого дела до утонченных вкусов в эмоциях своей французской однокурсницы, Ло не обращала на это внимания. Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось. Пусть они подогревают кровь адреналином - у всех свои предпочтения. На самом деле, у де Лер была целая теория на тему - почему же факультет Салазара вечно тянет на приключения. Причем не на подвиги. как грифиндорцев, нет, их тянуло туда, где можно было вляпаться по самые уши, где их могут поймать, где бы можно было поиграть нервами и доказать, что твоя маска гораздо более крепкая, чем у соседей по спальне. Ни за каким другим факультетом такой тяги не наблюдалось. Грифиндорцы искали драйва, веселья, шума или занимались всякой чепухой просто от нечего делать или от буйного характера. Райвенкловцы вообще не отличались активностью, а пуффендуйцам было страшновато. Да и причины, наверное, не было - вылезать из теплой норки. Зато вот слизеринцы...
И ведь правда - есть в этом что-то совершенно невероятное, в этой странной попытке удержать себя в руках, когда внутри тебя просто салют из смеси чувств - тут тебе и страх, и гордость, и пыл вперемешку с задором, и необыкновенный кураж, который захватывал с головой, стоило настоящему слизеринцу начать врать. Самозабвенно. Уверенно. Особыми мастерами были те, кого даже легилимент не всегда разгадает. Они не врали. Они искренне верили в ту чушь, что несли. И это было безумно увлекательно.
Правда сегодня они на профессоров не нарывались, получая свою дозу адреналина просто прогуливаясь по пустынным полутемным коридорам. Рассказывая друг другу старые сказки из прошлого - иногда ужасные и пугающие, иногда веселые и абсурдные. У каждого в роду было полно исторических анекдотов с любимыми родственниками в центре повествования. И все равно у каждого была своя тайна. Кто-то прервался на полуслове, кто-то не очень изящно обошел стороной неприятный момент, а кто-то просто не умел врать достаточно хорошо. Каждый род хранил свои секреты, не подпуская к ним чужаков. Черт возьми, это завораживало.
Наконец, кому-то надоело бродить по замку. Смех стал все реже, да и нерассказанные безумные истории уже закончились. Пора было двигаться в сторону спальни, постаравшись не наткнуться на любимого декана, который возымел привычку всех проверять по сто раз на дню. С чего бы это в душке-Слизнорте проснулся дух истинного преподавателя – никто толком и не знал, но все искренне старались не злить бедняжку. По крайней мере, искусно делали вид. Где, как не на факультере Салазара Слизерина, учиться лицемерию?
Последний коридор остался за спиной и, подходя к проходу в гостиную, все, не сговариваясь, потушили палочки. Мерцающие до этого интригующим зеленым светом огоньки немедленно погасли. Раздался тихий смешок, потом сдавленный возглас и снова смех – компания аристократов в темноте превратилась в обычных подростков. Еще одна интрига ночи. Эх, Мерлиновы кошмары, как же весело наблюдать за людьми!
Но вот и родная гостиная. Зеленый шелк, камины, слегка потертые кресла темного дерева, откуда-то взявшийся запах дорогого вина. В этих покоях редко пахло дешевым огневиски или сливочным пивом.
Пожелания спокойной ночи в различных интерпретациях разлетелись по комнате. Последние улыбки, смешки. Лолита тоже направилась в свою комнату, намереваясь заснуть над очередным маггловским приключенческим романом, что прислал ей отец, заботливо обернув книгу в обложку из-под французской магической истории. Но если уж не судьба, то не судьба. Ее окликнула недавно приобретенная подруга, как бы меркантильно не звучал этот оборот – Астория.
-Дорогая, уже полтретьего ночи. Удивлена, что никто не выдернул тебя из объятий прозы, проходя мимо. – она улыбнулась, опускаясь в одно из кресел. Гостиная уже опустела – как оказалось, слизеринцы, подобно настоящим змеям, при желании могут ускользать очень быстро.
-Медальоны…честно говоря, знаю я о них весьма и весьма поверхностно. Они даровали необыкновенные умения, но были спрятаны  своими же создателями где-то  в глубинах Хогвартса, если моя память не спит с другим. Я права?
Хоть ее уже и клонило немного в сон, но новые секреты всегда интереснее всего обыденного. Например, сна.

+1

4

Один. Два. Три...
Вездесущая Макгонагалл, освежающий ледяной душ в компании с жуткими щупальцами и стерва-француженка - это слишком. Даже если растянуть удовольствие на неделю. Смысл говорить об одном вечере?
...Семь. Восемь.
Ах, да. И приправить все чокнутой Лестрейндж и раздраженным видом Люпина-младшего, пожалуйста. Ну почему вокруг так и витает не высказанная вслух фраза "Поттер, твоя вина"? Вообще, парень не раз замечал за преподавателями дурную такую привычку - чуть что случается, они сразу косятся на Джеймса. И этот раз - почему не удивился? - не исключение. Интересно, какие вначале версии были у Теда? Точно. Поттер обкурился,раздолбал туалеты на третьем этаже и в порыве эмоций назначил какой-то девице свидание в самом-романтическом-месте-под-луной. Там, видимо, поругался, утопил бедную француженку, предварительно натравив на нее моллюскообразное - парень мстительный, да... Потом вдруг резко передумал и кинулся ее же спасать. Как мило...
Девять, десять. 
Ступеньки кончились. Джеймс озадаченно замер на лестничном пролете, тупо уставившись под ноги. Кстати, о Люпине. У него ведь дежурство? Кажется, он что-то толкал про подземелья... Ночью? В компании с Тедди? Очаровательно!
Поттер резко развернулся и одим махом перескочил через перила - благо, лететь невысоко. Было откровенно плевать, услышит его кто-то или нет - Макгонагалл так и так вызовет его в свой кабинет уже на следующее утро. Страшнее пары вечерних отработок ей все равно не придумать. Знает же, что бессмысленно.
А вообще, если честно, то гулять по замку в последнее время было не ахти, как весело. Во-первых, Джеймс вынуждено обитал во времена своего дражайшего дедушки, и все вокруг немного... не так. Не было многих друзей - приходилось в аварийном режиме заводить новых. Просто обалдеть - когда вернется обратно, будет знать чуть не половину всех бабушек-дедушек своих друзей...
Ну а во-вторых, сам и замок стал как-то мрачней. Бред, конечно - с точки зрения освещения проблемы были прежними. Но от происходящих событий на душе было немного паршиво.
На реактивной скорости миновав холл, Поттер кинулся к проходу к подземельям. Если честно, местечко то еще. Сам факт того, что здесь обитали слизеринцы вызывал усмешку - бедняги, места больше не хватило... Все-таки, что бы там ни говорили, даже в его время межфакультетская вражда и не думала исчезать - хотя встречались и злостные нарушители традиций.
Перед развилкой Джеймс притормозил.
Ну, гений? Куда дальше?
Выход есть всегда. Продекламировав короткую считалку, Джей оптимистично повернул направо. Глазам предстал очередной коридор, абсолютно такой же, как и все предыдущие. Видимо, у Салазара был явный недостаток фантазии... хоть бы флажки развесил, гад. И как здесь слизеринцы ориентируются?!
В конце коридора мелькнула знакомая макушка.
- Те-е-ед? Я знаю, ты мне рад!
Наглость - твое второе счастье, Джимбо. Молодец.

+1

5

Рэмус отдал бы полжизни, лишь бы избавиться от своего проклятия. Но полнолуние было не за горами, а зелье необходимо было сварить заранее. Искать Снейпа по всему замку очень не хотелось просто потому, что он был искренне обижен на Поттера, который умудрился нахамить ему в Соборе. Крайне мило и замечательно. Сохатый вообще был сама вежливость. А Снейпа любил чересчур нежно. Люпин лишь укоризненно качал головой, но ничего не говорил. Да и что он мог сказать?.. Блэк и Поттер никогда не слушали его, когда дело касалось Снейпа. Сейчас тем более не станут слушать. Сейчас - полная свобода действий у всех. Не смотря на тяжелые времена. С другой стороны, все это было очень интересно. Появилась возможность узнать будущее в какой-то степени, хотя, Рэмус никогда не заглядывал вперед специально.
В этот день Люпин не имел никаких конкретных планов. Нимфадора вместе с практикантами и учениками отправилась куда-то гулять по Хогвартсу, а Рэмус остался в башне листать книги. Однако, в какой-то момент он задумался и решил, что неплохо было бы пообщаться с собственным сыном. Кабинет Теда он нашел быстро и они проболтали весь день, о чем-то споря, что-то обсуждая. Вечер подкрался незаметно и Люпин-младший, вспомнив о дежурстве в подвалах, убежал, попросив отца посидеть в его кабинете немного. Рэмус быстро заскучал и решил пройтись поблизости. Внезапный вопль с конца коридора заставил его вздрогнуть.
Конечно. В этой Школе так вопят только Поттеры. Вне зависимости от поколения и возраста.
- Здравствуй, Джеймс. - Рэмус вышел на свет с интересом изучая своего собеседника. - Не знаю, как Тед, но я тебе точно рад.
Неважно кто. Главное, компания. По крайней мере, будет не так скучно ждать сына. Спрашивать у Поттера, почему он не спит среди ночи и гуляет по Школе - глупо. Всем известно, что Мародеры и их потомки - непоседы по жизни. Это уже аксиома. Люпин хмыкнул, вместе с Джимбо проходя в кабинет Теда. На столе лежали какие-то книги, которые до этого листал Рэмус.
- Ты когда-нибудь слышал про медальоны Основателей?.. - блеск в глазах Рэмуса был не совсем присущ ему. Но в то же время, это придавало ему какое-то очарование. И азарт. В конце концов, раз выпадает шанс - надо его брать. - Я давно искал их. Но нигде и ничего о них конкретно не говорилось. А книги из будещего пополнили мои знания. - Люпин пролистал несколько страниц, показывая Джимбо картинки с описаниями. - Исходя из этого, они здесь. Под нами. Не хочешь прогуляться навстречу приключениям и опасностям?..
Сохатый бы мгновенно вскочил не достушав. Блэк бы немного поленился, чисто для вида, но тоже побежал бы следом. Интересно, насколько легки на подъем детки. Можно было бы позвать друзей, но они судя по всему все еще были на поле. Вот ведь любители квиддича. Скоро изобретут постель-метлу. Ходить далеко не надо. Все есть. Все в одном.

+2

6

— Так клёво не стареть. Мне нравится быть вечно красавчиком!
— Да уж, быть стапятидесятилетним тинэйджером всегда было пределом моих мечтаний. ©

- Нет, радость моя, твоя память тебе по ночам не изменяет.
Блондинка, вновь прикоснувшись кончиками тонких пальцев к кожаной обложке, притянула книжку к себе. Отчего-то мысли пускались в веселый пляс, а воображение рисовало приятные для Гринграсс картины, стоило ей представить, что медальон легендарного Слизерина оказался в ее руках. Слишком уж заманчивая умение – овладевать разумом других людей. Быть может таким образом она бы смогла решить некоторые проблемы, отвязаться от некоторых людей, просто-напросто внушив им, что она им не нужна. Ей даже не были интересны их грязные секретики, это было бы последним, для чего она бы использовала этот замечательный во всех отношениях артефакт. Астория просто хотела свободы.

Мы зализываем раны, заклеиваем пластырем следы от случайных хобби. Кто-то пьет таблетки, кто-то принимает наркотики, кто-то режет вены. Я каждый вечер пускаю себе пулю в висок. Рассыпаю сахар. По четным мы пьем кофе, извини. Лужи на улицах притягивают нас, мы погрязли в этой недо_весне.
Стаканы наполняются-опорожняются, вино становится универсальным кровезаменителем. Алкоголь по венам, счастье - по проводам. Жалимся-жалуемся-жаримся у старинных каминов, замерзаем под этим пустым небом, просим у него счастья. Пустота вокруг, только тени по переулкам.
Пустые мусорные баки, шелестящие газеты Косого переулка нашептывают блюз сегодняшнего дня... они смеются над нами. Глупые.  Мы  горим в этой жизни, растворяемся, оставляя после себя серый пепел. Серый с оттенком голубой крови.

Почему некоторые люди чисто физически не могут сидеть на месте, почему им так необходимо что-то делать, куда-то спешить, кого-то тормошить и подбивать бежать следом? Время бежит, мы бежим, и в конечном итоге, наконец однажды споткнувшись, мы понимаем, что давно бы следовало остановиться и хотя бы просто перевести дух. А еще лучше – провести вечер, укутавшись в плед, читая любимую книгу, подслащая ее чашкой горячего чая, ну или огневиски – кто как больше любит.  Гринграсс была одной из тех, кто, разгоняясь, не мог остановиться до тех пор, пока не возникало чувство, будто душа оторвалась от тела, будучи в обиде на хозяйку за то, что та никак не может успокоиться и остановиться. Тогда Тори по несколько дней ни с кем не разговаривает, сидит, заперевшись в своей комнате или же плотно закрывает полог своей кровати в слизеринской спальне, не позволяя пыльному, затхлому воздуху подземелья проникать в ее маленькое убежище. А бывает, она, как сейчас, делала все, чтобы не оставаться одной ни на минуту – слишком страшны были бы вырвавшиеся наружу эмоции. По своей разрушительной силе они похожи на Аваду, но на деле намного страшнее, потому лишь, что причиняют нестерпимую боль, но при этом не убивают в тот же миг. Они страшны не только для девушки, но и для людей, ее окружающих, ведь бушующую стихию унять очень сложно.

- Ты знаешь, что это за книжка? – Гринграсс подняла взгляд серо-голубых глаз на француженку, которая отрицательно кивнула головой в ответ, в уголках ее глаз залегли задумчивые, еле заметные морщинки. – Это дневник Слизерина, и в нем указано примерное расположение всех четырех кулонов, - девушка с легкой улыбкой наблюдала, с каким удивлением округлились глаза француженки, и кивнула в подтверждение своих слов. –  Я хочу, чтобы ты помогла мне с поисками. Что скажешь? Уверена, подобное приключение придется тебе по душе, да и мне нужен всего один медальон, остальные в случае успеха ты сможешь оставить себе.

Астория протянула дневник де Лер, сев обратно в свое любимое кресло и еле заметно зевая в ладошку – все таки время было позднее. Вот только никакой сон уже не мог заставить ведьму отложить поиски, да и две девушки, рыщущие по подземельям среди белого дня, выглядели бы слишком подозрительно. Слизеринцы, конечно, уважают чужие тайны, но слишком уж  у них сильна любовь к ехидству и сплетничеству. Притом, если вы до сих пор уверены, что сплетни – удел домохозяек и просто скучающих женщин, то будете сильно удивлены – в доме Змеи сплетничают все, даже мертвые.  В прочем,  они то как раз уже давно стали рекордсменами в этом деле, ибо приведениям более заняться нечем.
В Хогвардсе все имеет уши.

+1

7

"Знаешь, почему твоя мечта не сбылась? Ты выбрал не ту мечту." © Кокаин

Лолита пробарабанила пальцами по подлокотнику кресла черного дерева. Или не черного, кто знает. Медальоны Основателей - сила и опасность одновременно. Ни для кого не секрет, что товарищи, заложившие Хогвартс, были людьми более чем незаурядными и подлянки делали тоже не абы как, а с умом. И ловушки тоже строили мастерски, а значит, если уж этот квартет неуравновешенных морально, а некоторые-физически, решил что-то спрятать, да еще в стенах замка, который сами и построили - фиг вам, а не клад! Но тут объективный и адекватный разум наталкивался на великую силу - любопытство! Вечный человеческий порок буквально рушил все моральные и логические препятствия. Каково достижение, вы только подумайте - достать медальоны самих Основателей! Лола взлохматила волосы пальцами. Ох, забавно, господа присяжные-заседатели. Ох как это все забавно...
Де Лер вытащила из пальцев подруги обтянутый кожей переплет, И где только она умудрилась его надыбать? Неужели такая книжка могла запросто лежать в библиотеке? В открытом доступе? Нет..это уже совсем из разряда фантастики. Но даже в запретном крыле!! Таким фолиантам в пору пылиться где-то в кладовых Министерства Магии, где с них пыль будет сдувать какая-нибудь столетняя волшебница в розовом чепчике. Это ведь не просто книга...это потенциальное оружие, которое попало в загребущие лапки двух слизеринок, которых хлебом не корми - дай только в каких-нибудь легендах покопаться, да найти что-нибудь захватывающее и увлекательное! Вот, например, медальоны...а может, там и еще что-то интересное есть? Девушка задумчиво перелистнула несколько страниц. Все, что она знала о медальонах, сводилось к их краткой истории создания и свойствам. Причем свойства были описаны весьма и весьма презабавно, стоит только задуматься: только Салазар Слизерин засунул в свой кулончик способность, которая не собирается уничтожать того, кто ею владеет, остальные же подобным великодушием не отличались - артефакт Рэйвенкло разорвет мозг своему носителю, Грифиндорский - заставит лезть с мечом наперевес наперекор целой армии, а Хельга, по доброте душевной, сделает золушку из любого! Скажем проще - незаманчивая перспективка. Тем более, что единственный нормальный медальон решила себе приватизировать Астория.
По губам француженки скользнула легкая улыбка
Насчет того, что с легкостью уступлю тебе медальон Слизерина - не уверена. Ведь ты же сама понимаешь - все остальные слишком опасны для того, кто ими воспользуется...хотя я никогда не испытывала желания копаться в чужих мыслях...
Кроме, может. Монкретьеновских - добавило сознание
...я все же не отказалась бы плотненько закрыть свои собственные.
Ее голос, как всегда в подобные моменты, чудесным образом превращался в легкий, деловой и крайне ироничный.
Но в целом, идея мне импонирует...ткни-ка пальчиком в место, где рассказывается - куда эта компания заткнула свои изобретения?
А почему бы и нет, в конце концов, нужно было развеяться, да и легкие небольшие приключения никогда не помешают. Тем более, хотелось вырваться из замкнутого круга бесконечной рутины.

"Лучше уж ужасный конец, чем ужас без конца" © Коктейль

+1


Вы здесь » |Hogwarts: The Great Wizards| » |Архив закрытых квестов| » |Подземелье|Time, curse and riddles|